Статья

Он пришёл во исполнение пророчеств

Часть 2 из 2

Джон К. Лоренц

Статья впервые представлена на симпозиуме в Колледже доктора Мартина Лютера, 1993 г. · Часть 1 · Часть 2

Верую… во Иисуса Христа, Сына Божия, Единородного, Господа нашего… Бог пророчества — Бог, Сам определяющий Себя, «Я есмь Сущий». Как таковой, Он — «Господь [евр. „Яхве“], Господь, Бог человеколюбивый и милосердый, долготерпеливый и многомилостивый и истинный, сохраняющий милость в тысячи родов, прощающий вину и преступление и грех, но не оставляющий без наказания» (Исх. 34:6–7). Ветхий Завет подтверждает это. Прощение, жизнь и спасение являются в Израиле исключительно по благодати, хотя неудачи и отступничество были повсюду. Наследники патриархов получали своё наследство неожиданно. Исаак родился у родителей, вышедших из возраста деторождения (Евр. 11:11). Иаков был младшим из близнецов (Быт. 25:23). Иуда был четвёртым сыном (Быт. 29:35) и беспутным человеком (Быт. 38). Наследник Иуды был плодом кровосмесительного союза (Быт. 38:30). В одном историческом событии за другим мы видим принцип soli Deo gloria. Божье избавление Израиля из Египта следовало замыслу, в который верил один лишь Бог. Израиль роптал, Моисей опускал руки, но Бог не отступил (Исх. 5). Подобным образом первая великая победа Иисуса Навина в Ханаане — взятие Иерихона — следовала плану сражения, который шёл вразрез с общепринятой военной мудростью (Нав. 6). Он требовал доверия, превосходящего разум. Израиль должен был обрушить стены города криком, после того как шесть дней обходил город в молчании по одному разу в день, а в седьмой день — семь раз. И это сработало. Честь победы Израиля над Иерихоном на все сто процентов принадлежала Господу. Другие «победы, вырванные из пасти поражения», например поражение Сеннахирима во дни царя Езекии (4 Цар. 19), предвозвещают вселенские деяния благодати и суда, которые прообразуют первое и второе пришествие нашего Господа Иисуса Христа. Спасение одной лишь благодатью — тема посланий Павла, особенно к Римлянам и Галатам.

Когда Израиль отстранял благодать, его уделом становился суд. Вспомните войско Израиля у Хормы. Господь приговорил Свой народ к сорока годам скитаний за то, что они отказались сражаться на стороне Господа за завоевание Ханаана. Когда они передумали, то были жестоко разбиты (Чис. 14:44–45). Вспомните кощунственное использование священного ковчега сыновьями Илия как талисмана на удачу (1 Цар. 4). Это привело к разрушению первого святилища в Силоме (Иер. 7:12–14). Вспомните, как отступническая Иудея во дни Иеремии считала Иерусалим и храм неприкосновенными (Иер. 4:10; 8:11) и как Иезекииль в видении наблюдал, как слава Божья покидает дом Божий (Иез. 9:3; 10:18; 11:23).

Верую… во Иисуса Христа… зачатого от Духа Святого, рожденного от Марии девы… Рождение явилось как врата спасения ещё в Эдемском саду. Там Бог обещал конец тирании греха и виновника греха через семя жены. Первое Евангелие, Бытие 3:15, замечательно. Господь облёк Свою весть в язык, вполне соответствовавший миру Адама и Евы. Если бы Господь употребил такие слова, как Вифлеем, Голгофа, гробница Иосифа или даже Иисус, для Адама и Евы они были бы лишь пустыми звуками. А вот укус змеи и удар ногой по змеиной голове были тем, с чем Адаму предстояло столкнуться в падшем мире. Адам и Ева увидят смертоносную, хотя и не обязательно гибельную, силу яда. В то же время они узнали, как сокрушительный удар по голове способен остановить змея, замертво прервав его скольжение. Так Бытие 3:15 похоже на многие ветхозаветные пророчества. Бог пользовался словами и понятиями, которые люди могли понять в своё время, прекрасно зная, что очи веры увидят подлинное, когда оно наконец придёт.

На протяжении поколений рождения были осязаемым доказательством Божьего обетования. Через потомка Авраама благословятся все народы земли (Быт. 12:3). Бог сказал Давиду, что потомок из его рода превзойдёт желание Давида построить дом для поклонения Господу (2 Цар. 7:11–16). Отрасль Исаии (Ис. 11:1) от мёртвого пня Иессеевой Иудеи была чудесным Младенцем Исаии (9:6–7) и Сыном Девы, Которого он видел издалека (7:14). Михей сказал, что этот Младенец родится в Вифлееме (Мих. 5:2). Из-за важности рождения оно было венцом благословения женщины. Напротив, бесплодие было крестом, который приходилось нести. С рождением приходила надежда, что противоядие от смерти близко. Золотая нить, проходящая через весь Ветхий Завет, — то, что Бог от вечности вознамерился дать зачатие Сыну, чтобы спасти человечество. Ева верила в это. Исаия обещал это. Мария пережила это.

Даже скиния и её преемник, храм, возвещали воплощение. Бог пребывает повсюду, как объявил Соломон в своей молитве при освящении храма (3 Цар. 8:27). Но Бог сказал Своему народу, что будет и определённое место, избранное Им, где Он откроет Своё имя (Втор. 12:5). Этой цели служила скиния, шатёр, со дней Моисея до смерти Илия. Шатёр был связан с Божьим обетованием ещё со времён потопа. Тогда Ной пророчески заглянул в будущее. Он увидел Божье благословение, пребывающее в шатрах Сима, под сенью которых найдут благословение и другие ветви человечества (Быт. 9:27).

Святилищем от Соломона до Христа было каменное здание — Иерусалимский храм. Будь то переносной шатёр или неподвижное здание, при святилище был двор для омовений и жертвоприношений. В полноте откровения Своей благодати в Новом Завете Иисус установил Таинства — одно омовения, другое Своего тела и крови. Иисус сравнил Своё тело со святилищем (Ин. 2:19–21), и иудеи обвиняли Его в том, что Он грозит разрушить Иерусалимский храм (Мк. 14:58). В первой главе апостол Иоанн говорит о Слове, Которое на время «поставило шатёр» среди Своего народа (Ин. 1:14). Разрыв храмовой завесы при смерти Иисуса означал конец земного святилища как образа Божьего обитания (ср. Мф. 27:51 и Евр. 10:20).

Мы можем даже рассматривать утварь внутри святилища как исполненную смысла. Во святилище стояли светильник и стол для хлебов. Иисус называл Себя хлебом жизни (Ин. 6:31–35) и светом миру (Ин. 8:12; 9:5). В ковчеге завета внутри Святого Святых находились три предмета: манна, две каменные скрижали и жезл Аарона (Евр. 9:4). Сосуд с манной напоминает о Божьем промысле в пустыне. На каменных скрижалях было начертано Слово Божье, данное Богом Своему пророку Моисею. Жезл Аарона был там потому, что Бог подтвердил им законность Аарона как избранного приносить жертвы за грех. Иисус — Христос, «Помазанник». Как таковой, Он — промыслительный Царь, пророческое Слово и Тот, Кто принёс удовлетворяющую жертву как совершенный Первосвященник человечества. Именно на крышку ковчега кропили кровью умилостивления. Кровью Иисуса Бог и грешники примиряются (Рим. 3:25; 5:10).

Верую… во Иисуса Христа… страдавшего при Понтии Пилате… Ничто в пророчестве не сравнится с тем, что Святой Дух открыл Израилю о страданиях Христа. Псалмы 40 и 54 говорят о том, кто предал Его. Исаия 53 описывает глубину уничижения Христа в смерти. Псалом 21 даёт нам те самые слова, которые Иисус произнёс, претерпевая на кресте адские муки.

К этим прямым пророчествам следует добавить богатую пророческую образность жертвоприношений. Каждый агнец, козёл или телец, проливавший свою кровь, предвозвещал жертву Иисуса. Ветхозаветный жертвенный обряд предписывал ряд действий. Приношение нужно было доставить на место, избранное Богом. Через возложение рук оно становилось заместительной жертвой. Жертва требовала смерти. Особое значение придавалось окроплению кровью для умилостивления. Некоторая часть сжигалась огнём. Смысл этих действий весом. Иисус, и только Иисус, — избранная Богом жертва. Он — наш Заместитель. Ничто, кроме Его смерти, не могло стать достаточной платой за грехи. Его кровь покрывает нас. Об Иисусе Павел говорит: «Которого Бог предложил в жертву умилостивления в Крови Его через веру» (Рим. 3:25), и: «Христос возлюбил нас и предал Себя за нас в приношение и жертву Богу, в благоухание приятное» (Еф. 5:2).

Кровавые жертвы Ветхого Завета в действительности не платили за грех. Их приносили за неумышленные грехи, совершённые верующими в минуту слабости (Лев. 4:1). Жертвы приносили верующие, которым нужна была уверенность, что их грехи по немощи не отлучат их от Бога и от общества Израиля.

Четыре вида кровавых жертв рассматриваются в Книге Левит, в главах 1–7. Жертвенные приношения обычно приносились парами. Жертва за грех признавала, что определённый грех угрожает отношениям между грешником и Богом. Обычно она сопровождалась всесожжением. Всесожжение, сгорая целиком, возвещало полное прощение, даруемое Богом. Жертву повинности приносили, когда человек признавал, что согрешил против ближнего. Обычно она сочеталась с мирной жертвой, часть которой сжигалась на жертвеннике, а часть съедалась в трапезе примирения. Каждый агнец, козёл или телец, проливавший свою кровь, предвозвещал жертву Иисуса. Великий День очищения исполнился в том, что Иисус окропил Своей святой, драгоценной кровью, чтобы раз и навсегда удовлетворить правосудие святого Бога. Этот Бог желал одновременно явить Свою оправдывающую любовь. «По сей-то воле освящены мы единократным принесением тела Иисуса Христа» (Евр. 10:10).

Верую… во Иисуса Христа… сошедшего во ад, воскресшего в третий день из мертвых, восшедшего на небеса и сидящего одесную Бога, всемогущего Отца, откуда Он придет судить живых и мертвых. Возвышение Иисуса — Того, Кто добровольно отдал всё, чтобы спасти человечество, — широко прообразовано у пророков. Почти все они без исключения предсказывают перелом в последние дни — одни простым, прямым языком, другие в величественных видениях. Униженный Израиль будет восстановлен. Сухие кости оживут (Иез. 37). Войны прекратятся (Ис. 2:4; Мих. 4:3). Смерть лишится своего жала (Ос. 13:14, цит. в 1 Кор. 15:55). Плен будет пленён (Пс. 67:19, цит. в Еф. 4:8). Господь взойдёт на высоту (Пс. 67:19; Деян. 1:11). Бог воцарится среди Своего народа (Зах. 9:9–13; Мф. 21:5). Принадлежащие Господу обретут покой (Иер. 50:34; Мф. 11:28).

Предыдущий обзор пророчеств и пророческих тем — всего лишь обзор, но он даёт некоторое представление о том, как широко Господь Иисус Христос предсказан и прообразован. Некоторые из перечисленных выше мест — пророчества, которые Новый Завет прямо называет таковыми. Другие — нет. Следующие абзацы посвящены именно тем, которые не названы. Как далеко может зайти толкователь, видя Христа в Ветхом Завете?

Бог преподал Израилю основательный урок на тему покоя. В Десять заповедей была включена Божья заповедь покоиться в седьмой день (Исх. 20:8–11; Втор. 5:12–15). Седьмой год был годом покоя для полей, садов и виноградников (Лев. 25:1–7). Это было также время освобождения рабов и прощения долгов (Исх. 21:2; Втор. 15:1–15). В год, следовавший за каждым седьмым субботним годом, то есть в пятидесятый год, родовые земли возвращались к своим владельцам (Лев. 25:13). Суббота означает «покой». Согласно Посланию к Евреям (4:1–13), Иисус исполняет субботу даром вечной жизни.

Но как быть с покоем в седьмой месяц? Правомерно ли видеть в праздниках седьмого месяца тот же покой, о котором говорит Послание к Евреям?

Наш метод будет таким: идти от того, что мы знаем, чтобы прийти к ответу на наш вопрос. Начнём с Пасхи, великого праздника первого месяца. Новый Завет довольно подробно рассматривает праздник Пасхи как исполнившееся пророчество. Павел назвал Иисуса закланным пасхальным агнцем (1 Кор. 5:7). Апостол Иоанн отмечает, что смерть Иисуса произошла на Пасху (Ин. 13:1). Два дня подряд Иоанн Креститель признавал в Иисусе Агнца Божьего, берущего на Себя грехи мира (Ин. 1:29, 36). Словами, перекликающимися с описанием пасхального агнца в Исходе 12:5, Пётр сказал: «…искуплены вы… драгоценною Кровию Христа, как непорочного и чистого Агнца» (1 Пет. 1:18–19). Павел вспоминает возношение пред Господом первого снопа — начатков жатвы — на другой день после субботы, следовавшей за Пасхой (Лев. 23:9–14), и называет Иисуса «первенцем из умерших» (1 Кор. 15:20). Павел предвидит, что воскресение Христа даст силу принадлежащим Ему также воскреснуть (1 Кор. 15:23). Более того, Иисус совершил Пасху со Своими учениками в Великий четверг так, что это можно понять только как исполнение. Хлеб и вино пасхальной трапезы Иисус освятил, чтобы они служили знаками нового завета. Эти пасхальные яства должны были стать внешними знаками: в хлебе и вине, с хлебом и вином и под видом хлеба и вина верующие получают тело и кровь, отданные во оставление греха человечества. Кроме того, Пасха была праздником победы. Пасхальная жертва в Египте отвратила ангела смерти. Она возвестила освобождение из рабства. Смерть Иисуса как исполнившаяся пасхальная жертва предвозвещала поражение смерти в третий день. Воскресение Христа сделало возможным Божье провозглашение свободы от греха. «Который предан за грехи наши и воскрес для оправдания нашего» (Рим. 4:25).

Пасха была первым из трёх праздников паломничества, когда каждый взрослый мужчина в Израиле должен был явиться пред Господом (Исх. 23:14–17). Она была так важна, что Бог повелел еврейским отцам наставлять детей в её значении (Исх. 12:26–27). Ежегодно отцы рассказывали детям, как Бог рукою крепкою и мышцею простёртою вывел Моисея и Израиль из египетского рабства. Иисус, Иоанн Креститель и Павел хорошо усвоили эти уроки в детстве. Они узнали и о празднике паломничества через пятьдесят дней после Пасхи. Он отмечал окончание ежегодной жатвы хлебов (Лев. 23:15–22; Чис. 28:26–29) и вспоминал дарование Десяти заповедей на горе Синай.¹² Апостолы праздновали его исполнение через семь недель после смерти и воскресения Иисуса. В тот знаменательный день Пятидесятницы Святой Дух излил Свою силу на возрождённый народ Божий — не на народ под ветхозаветным законом, а на новый Израиль, освобождённый Евангелием.

Апостольское Писание учит, что Пасха и Пятидесятница исполнились в знаменательных событиях, которые привели первое пришествие Христа к торжественному завершению. Но как быть с третьим праздником паломничества — праздником кущей, приходившимся на середину седьмого месяца ветхозаветного иудейского года? Как быть с этим недельным торжеством, которое во дни Иисуса называли «великим праздником»?¹³ И как быть со священным днём, открывавшим седьмой месяц, — праздником труб? Ни один из этих дней прямо не истолкован в контексте исполнения, хотя День очищения, приходившийся между ними в седьмом месяце, безусловно истолкован.

Чем были эти праздники седьмого месяца в своей ветхозаветной обстановке? Праздник труб был главным праздником новолуния в году. Он открывал седьмой месяц. В этот день священники трубили в трубы (Лев. 23:23–25; Чис. 29:1–6). День очищения, десятью днями позже, был для народа днём поста и смирения (Лев. 16:29; 23:27–32). В этот день иудейский первосвященник снимал свои прекрасные священнические одежды и входил во Святое Святых с кровью жертвы, чтобы совершить умилостивление за свои грехи и за грехи Израиля (Лев. 16; 23:26–32). Праздник кущей, напротив, был недельным временем торжества, которое начиналось в полнолуние седьмого месяца. Он отмечал сбор летних плодов, созревших вопреки отсутствию дождей в предыдущие шесть месяцев. На праздник кущей семьи покидали дома и жили во временных шалашах. Эти наскоро сооружённые жилища напоминали о временных укрытиях, которыми Израиль пользовался в течение сорока лет скитаний по пустыне, предшествовавших вступлению Израиля в Обетованную землю (Лев. 23:33–43). Праздник кущей был временем, когда ветхозаветные цари читали закон Моисеев и освящали новое (2 Пар. 5:3; Неем. 8:14–18). Пророк Захария завершает своё видение будущего картиной людей из всех народов, стекающихся в Иерусалим праздновать праздник кущей (Зах. 14:16–21).

В Новом Завете изложены истины, напоминающие о праздниках седьмого месяца, хотя ни одна из них прямо не устанавливает этой связи. Наше обетованное наследие — на небесах (1 Пет. 1:3–4). Нам сказано, что добрые дела, которые мы совершаем в вере на пути к нашей «обетованной земле», последуют за нами. На небесах мы будем наслаждаться плодами наших трудов, побуждаемых Христом. Иисус говорит о плоде, который «пребывает» (Ин. 15:16). Эта мысль звучит и в Откровении. Там Иоанн говорит нам, что дела святых идут за ними в вечность (Откр. 14:13). Но мы получим обетованное наследие, только если отречёмся от себя и от того, что сделали (Мф. 16:24; Мк. 8:34; Лк. 9:23), и будем полагаться исключительно на искупительную кровь Иисуса (1 Ин. 2:2; 4:10; также Рим. 3:25; Евр. 2:17). Слова, которые святые произнесут в последний день, не будут самовосхвалением (Мф. 25:37–39). Надеждой святых будет кровь, пролитая Иисусом. Эту кровь приносит Отцу в Его Святое Святых Тот, Кто есть одновременно и Священник, и Жертва (Евр. 9:12, 24). Автор Послания к Евреям показывает, что искупление Христово было совершено при Его первом пришествии, а затем переносит действие этого искупления на последний суд: «И как человекам положено однажды умереть, а потом суд, так и Христос, однажды принеся Себя в жертву, чтобы подъять грехи многих, во второй раз явится не для очищения греха, а для ожидающих Его во спасение» (9:27–28). Оправдывающему суду будет предшествовать звук труб (1 Кор. 15:52; 1 Фес. 4:16), а за ним последует время вечного торжества. Когда Христос вернётся судить живых и мёртвых, Он откроет череду событий, которые принесут покой тем, кто при жизни верил в силу Его смерти и воскресения. Как Царь царей, Он наполнит смыслом всю человеческую историю. В тот день Он преобразит небо и землю и всё, что в них.

Разве нельзя сказать, что священные дни седьмого месяца ветхозаветного календаря столь же пророческие, как Пасха и Пятидесятница? Конечно, можно! Праздники седьмого месяца предвозвещают совершенный покой, которого верующие ожидают при втором пришествии Христа. Они делают это так же, как Пасха и Пятидесятница некогда исполнили события, предвозвещённые в пророческом откровении относительно Его первого пришествия. Бог использовал времена, обрамлявшие земледельческий год в Ханаане, чтобы напоминать Своему народу о Своих прошлых деяниях любви. Это мы знаем. Подобным же образом Бог устроил весеннюю и осеннюю жатву, чтобы приготовить Свой ветхозаветный народ к его славному будущему во Христе. В процессе раскрытия смысла всех трёх праздников седьмого месяца ни одно место Писания не было опровергнуто. Писание не нарушено.

Если соблюдать осторожность, перед нами открыт путь к тому, чтобы насыщаться полнотой Христа в Ветхом Завете. Вместе с тем наш энтузиазм должно умерять знание того, что христианская Церковь претерпела насилие вследствие небрежного толкования.

На Восточную церковь сильно повлияли церковный деятель III в. Ориген и школа толкования, сосредоточенная в Александрии Египетской. Ориген подгонял Писание под учёные мнения своего времени. Его можно считать отцом всех современных попыток заставить Писание сообразоваться с человеческой мудростью. Ориген соблазнялся Писанием, когда отдельные его части описывали жизнь без прикрас. У него не было терпения к кажущимся противоречиям в тексте. Ни грубый реализм, ни небрежное изложение, по его мнению, не были достойны Божьего разума. Поэтому Ориген убедил себя и своих последователей искать более глубокий смысл за ясными утверждениями Писания. Вскоре стало модным видеть за каждым местом, особенно в Ветхом Завете, несколько уровней скрытого смысла. Простой буквальный смысл Писания был оттеснён в пользу символических, образных, моралистических и мистических толкований.

Отчасти это проникло и в Западную церковь. Однако толкование сбила с пути не философия. Его сбило предание. Занятые, обременённые церковные деятели всё больше полагались на благочестивые мнения. Их собирали и передавали дальше почитаемые церковные авторитеты. Предание переросло в каноническое право, когда распалась политическая стабильность, установленная Римской империей. Образовавшуюся пустоту заполнили беспорядок и невежество Средних веков. Ко времени Лютера Писание стало узником церкви. У средневековой церкви были свои традиционные учения. Она обращалась к Библии в поисках доказательств, а не наоборот.

Лютер обратил взоры верующих к авторитету самого Писания. Только Библия обладает силой объяснять саму себя, утверждал Лютер. Простой смысл слов в контексте нужно принимать всерьёз. Поскольку истинная церковь принадлежит тем, кто питается Словом и Таинствами, Лютер ожидал, что насыщенные сердца будут ведомы Святым Духом правильно и здраво исповедовать истину. Миряне, вооружённые Писанием, считал он, сильнее пап и соборов. Во всём Лютер вёл людей, читающих свои Библии, назад к Господу Иисусу Христу, а не к человеческой мудрости или человеческому преданию.

Где стоял Лютер, там следует стоять и нам. Нам не следует уходить дальше Лютера, чтобы выковывать из Писания систематическое, насильственно согласованное догматическое построение. Это привело бы к мёртвому ортодоксизму. Не следует нам и позволять благочестивому желанию исправлять людей и насаждать внешне лучшее христианское общение отвлекать нас от кропотливого труда исследования слов и контекста Писания. Это был бы пустой пиетизм. Не следует нам идти в ногу и с современными учениками Оригена. Они демифологизируют и расчленяют то, что Бог открыл давным-давно. Вместо того чтобы придавать Библии смысл, они оставляют Слово пустым. Нельзя также рассматривать Писание как религиозное «выживание наиболее приспособленных». Божья истина не развилась из бессвязных первобытных записей в фолиант, который всё ещё нуждается в редактуре. Прежде всего нам, наследникам консервативного конфессионального наследия, не следует на средневековый манер следовать за словами наших церковных деятелей, правы они или нет, лишь потому, что мы слишком заняты, слишком загнаны или слишком невежественны.

История Церкви может дать нам весьма веское основание ценить то единственное место, которое исполнившееся пророчество занимает в Божьем замысле. Находить Христа в Ветхом Завете — это ортодоксально. Однако целая жизнь тщательных исследований не принесёт готовых, заранее упакованных догматических пакетов. Находить Христа в Ветхом Завете — дело, требующее навыков хорошего историко-экзегетического толкователя. И всё же даже наш самый отточенный анализ не объяснит таинственного действия Духа, Который разрушает разум и созидает веру для жизни. Христос открыт последовательно на протяжении всех полутора тысяч лет, отделяющих пророка Моисея от апостола Иоанна. Находя это, почти невозможно возвести мудрость одного человека или одного поколения в судью и присяжных над Писанием. Наше открытие Христа в Ветхом Завете не позволит нам и возвести в святыню предания видимой церкви и её деятелей. Господь Иисус — последнее Слово для Церкви, а не наоборот.

Поистине, Господь Иисус Христос, каким Его предвозвещали пророки и каким Его провозгласили апостолы, — наше всё!

Примечания

¹² Пятидесятница как годовщина дарования Десяти заповедей — часть иудейского предания. Израиль завершил путь из Египта к Синаю в третий месяц, «в самый день» (Исх. 19:1). Пасха пришлась на середину первого месяца, оставив две недели. К этим двум неделям прибавьте 28 или 29 дней второго месяца. Затем к «самому дню», открывавшему третий месяц, прибавьте три дня приготовления (Исх. 19:15). Если устройство стана перед приготовлением (Исх. 19:2) заняло ещё четыре дня, то всего между первой Пасхой в Египте и дарованием Десяти заповедей прошло бы 50 дней (14 + 29 + 4 + 3).

¹³ Иудейский историк Иосиф Флавий считал праздник кущей самым святым и величайшим из еврейских праздников («Иудейские древности», VIII, iv, 1). Иисус почтил этот праздник (Ин. 7), на котором приносилось больше жертв, чем на любом другом празднике (Чис. 29).

Пастор, доктор Джон К. Лоренц (1943–2024) начал своё служение пастором прихода Сион в Гейнсвилле (Флорида). Затем он был президентом Мичиганской лютеранской семинарии и Колледжа доктора Мартина Лютера и профессором Ветхого Завета Висконсинской лютеранской семинарии. В Брандейском университете он получил степени магистра и доктора по иностранным языкам, а затем степень доктора философии по средиземноморским исследованиям. Своё служение он завершил как первый президент Азиатской лютеранской семинарии в Гонконге, где также преподавал. Он участвовал в нескольких важных археологических раскопках в Израиле, ездил в Израиль со своими студентами, изучавшими еврейский язык и Ветхий Завет, проводил творческие отпуска в разных местах всемирной миссии и был любимым докладчиком во всей КЕЛК. Господь призвал доктора Лоренца домой, в небесную славу, 22 сентября 2024 года.

Библия цитируется по Синодальному переводу.